nikpolmir (nikpolmir) wrote in 56didactnik15,
nikpolmir
nikpolmir
56didactnik15

ШАЛЬНЫЕ МЫСЛИ ОБ ИСТОРИИ.

ШАЛЬНЫЕ МЫСЛИ:
ОБ ИСТОРИИ, КАК НАУКЕ,
О ТОМ, НУЖНО ЛИ «УЧИТЬ» ИСТОРИЮ В ШКОЛЕ?
ЗАЧЕМ НУЖНО УЧИТЬ ИСТОРИЮ: ЧТОБЫ ЕЕ «ЗНАТЬ» ИЛИ «ПОНИМАТЬ»?
И ОБ УЧЕБНИКАХ ИСТОРИИ: КАКИМИ ИМ БЫТЬ И НУЖНО ЛИ УЧИТЬСЯ ИСТОРИИ НЕПРЕМЕННО ПО УЧЕБНИКАМ ИЛИ КАК-ТО ИНАЧЕ?


Часть 1.

ДВЕ ШКОЛЫ: «КАЗЕННАЯ» И «СЕМЕЙНАЯ»

Сквозная тема нашего блога «Как учить детей?» на протяжении всей его истории: «Страницы учебника Отечественной истории для Семейной школы». Здесь я публикую тексты, которые бы непременно включил в курс «Истории Отечества», чтобы с их помощью строить историческое сознание и гражданское мышление моих юных соотечественников. Если бы на самом деле существовала Семейная школа. Как системный институт добросовестного профессионального просветительства. А не как множественная экспериментальная модель прекраснодушной и наивной иллюзии дилетантов, мечтающих сотворить альтернативу монстру казенной школы. И тешащих свое самолюбие вызванными из преисподней своих фантазий призраками.

Однако казенная система образования сегодня давно уже перешла ту грань, за которой можно было бы ожидать ее самооздоровления и автономных животворящих реформ — изнутри. Теперь это уже принципиально невозможно. Нет там больше источников жизни. Нет источников профессионального и гражданского отношения к детям. Больше нет. Ни сверху, ни снизу. А потому у всех у нас теперь единственная надежда на добросовестную родительскую инициативу, единственно способную создать подлинную альтернативу казенной системе образования. И такая инициатива уже есть. Она стихийна, несовершенна с профессиональной педагогической точки зрения. Но она заряжена добросовестной энергией инстинктивного желания добра своим детям. И в этом ее неоспоримое преимущество. На фоне которого такие бесспорные недостатки, как дилетантизм, ограниченность привычками и традициями казенной педагогики… явления неопасные и преходящие. При условии, что в деле строительства негосударственной Семейной школы будет править Разум и Здравый Смысл. И из многочисленных экспериментов будут извлекаться правильные выводы. А неизбежные в каждом новом деле ошибки будут совершаться только один раз.

Вера в конечное торжество проекта Семейной школы руководит мною в ходе собственного проекта «Как учить детей?» По сути, это моя подсказка: как строить Семейную школу. Ее можно не брать во внимание. Кому интересно мнение профессионала? Особенно в эпоху интеренета. Когда все и все обо всем и так знают, пошевелив клавишами персонального компьтера. Однако именно надежда на то, что это все-таки кому-нибудь пригодится, движет меня продолжать проект. Тем более, что я бескорыстно делюсь своим сорокалетним опытом. И это в эпоху всеобщего бешенства вокруг денег.

О ПОЛЬЗЕ ИСТОРИЧЕСКОГО МЫШЛЕНИЯ ДЛЯ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ

Я — историк: по наследству, по образованию, по профессии, по образу мышления и по жизни — по стилю ее проживания. И поэтому больше всего от меня пользы, как от историка.

Мои родители были историками. Отец 50 лет преподавал историю в университете. Он был любим и уважаем студентами, как лектор, и как ученый. Я не оскорблю его память, приводя здесь ученые звания и титулы. Не потому, что их не было. Потому, что в истории от Ученого остается лишь Имя. А сопутствующая ему мишура официального признания остается лишь в бухгалтерских документах о начислении зарплаты. А Имя у моего отца было: Поликарп Яковлевич Мирошниченко. И оно было признано настоящими историками, состоящими с ним в многолетней искренней дружеской и профессиональной переписке: Б.Ф.Поршневым, И.В.Порохом, Н.А.Троицким, М.Г.Седовым, С.О.Шмидтом, В.А.Федоровым, А.К.Уледовым, П.Г.Рындзюнским, Б.Г.Литваком, И.Д.Ковальченко, супругами Дружиниными, А.Я.Гуревичем, Б.С. и Э.С. Итенбергами… Имя историка состоит из имен его трудов. Однако здесь я ограничусь лишь именами его коллег. И товарищей по «цеху». Потому, что в наш продажный и графоманский век на святой Руси, которая теперь и Украина, и Россия, и Белоруссия, любой дилетант может найти денег и купить себе и ученое звание, и титул, и издать собственное полное собрание сочинений. А в переписку люди вступают потому, что интересны друг другу. И не за деньги. А отец был интересен. И не только собой, что в свое время оценила одна из его студенток, которая вскоре стала моей мамой. Он был интересен своими взглядами. И своими текстами. Которые читали не для того, чтобы сдать экзамен. Хотя и для этого тоже. И его живое слово — слово лектора — тоже было интересно студентам. Все 50 лет его работы на факультете. Даже когда в порядке эксперимента в университете ввели свободное посещение занятий, на его лекциях свободных мест не было. Хотя и до «свободного посещения» студенты достаточно свободно, вернее безнаказанно сачковали плохие лекции. Но это были не его лекции. И не потому, что он принципиально и, я бы сказал, брезгливо не касался советского периода истории. Не потому, что с головой утонул в истории ментальности дореволюционного отечественного крестьянства, которому только предстояло еще стать «колхозным» и с которым его связывали генетические корни. В своих лекциях он размышлял об истории. И следом звал размышлять своих студентов. И учил размышлять. А это всегда интересно: мыслить! Свободно мыслить. «Мыслить» и «размышлять» это не «учить», не «зубрить» и даже не «знать». Это мыслить самостоятельно. А, значит, доказательно. Аргументированно! Вот этому учил мой отец.

И этому у него научился я сам. Тоже его бывший студент. Который потом на своих уроках в школе учил детей самостоятельно анализировать исторические документы. Даже такие, как советские учебники истории. И иметь о них свое собственное аргументированное мнение. За это я ставил свои оценки. Не за «знание» дат, имен и событий прошлого. За способность сформулировать собственное разумное — доказательное — суждение о них. Собственное! И аргументированное! И если сегодня мои ученики стали уже гораздо взрослее, чем когда-то был я сам в пору своего у них учительства. И если ни один из них (насколько я знаю) не запятнал себя кровью — ни в Афганистане, ни на Кавказе, ни в Приднестровье, ни сегодня в моем расстрелянном с двух сторон Донбассе, то это даже не моя «вина». Это «вина» моего отца, который научил меня: как учить детей так, чтобы они оставались людьми даже на гражданской войне. Даже на такой гнусной и подлой, как теперь в моем Донбассе. И чтобы они понимали: в каком государстве им довелось жить? Что это за государство, на самом деле? И «государство» ли это? Или банда уголовников, захватившая подлостью, силой и обманом власть в стране глупых запуганных безоружных обывателей?

Я никогда не забуду одного нашего с отцом сокровенного разговора накануне моего ухода в армию. Замечу: в Советскую армию. От которой я легко мог «откосить». В Донецке, где всюду на руководящих должностях были его студенты, которые никогда не считали себя «бывшими» - по отношению к нему, это было, как два пальца об асфальт. Однако, чтобы «откосить» не было даже мысли. Ни у отца, который ушел на Великую Отечественную добровольцем из аудитории Одесского университета. Ни у меня. Даже в намеке. Или я не сын своего отца? Хотя про то, как можно «откосить» я теоретически знал. Но не хотел. Просто не хотел.

Так вот про тот «сокровенный разговор» на пороге Советской армии. Я не помню его дословно, но я вынес из него несколько важных и новых для себя идей. Среди которых были, в том числе, что если придется участвовать в расстреле товарища или еще кого-нибудь, то всегда есть возможность «промазать». Если уверен, что казнь неправедная. А, если из всей расстрельной команды ты один. И это приказ командира - стрелять, то только тебе выбирать в кого стрелять: в невиновного? Или в командира, делающего из тебя убийцу. Потому, что потом будет уже неважно: кто казнит тебя самого? И за нарушение какого приказа: военного или своей совести? И кто будет палач — твоя совесть или другой командир? Или другой солдат? Который послушно исполняет приказы командиров. Какими бы они ни были.

Я понял тогда, что отныне мне и только мне решать: умереть сразу, забрав с собой на «тот свет» гада? Или подыхать всю жизнь — медленно и мучительно — от мысли, что «я — убийца». Меня тогда такой поворот мыслей взволновал. Очень-очень! Но и заставил задуматься. И быть готовым. И я готов до сих пор.

Если бы таких историков и учителей было побольше?! И таких уроков. Была бы сегодня война в Донбассе? Не уверен.
(продолжение следует)


Примечание:
ТЕХНОЛОГИЯ ИНТЕНСИВНОГО РАЗВИВАЮЩЕГО ОБУЧЕНИЯ ИСТОРИИ
Н. П. Мирошниченко
(авторский курс)

1. Историческое мышление и гуманитарная культура личности. Роль и место дидактического курса «История» в системе отечественного просвещения (школа, ВУЗ). Смежные дидактические курсы. Логика и закономерности создания интегрированных гуманитарных курсов.
2. Интенсивный развивающий диалог – форма гуманистической дидактической технологии. Выбор уровня сложности дидактического диалога. Сензитивность дидактических курсов истории основным этапам духовной эволюции Ребёнка. Дифференцированная адаптация дидактического курса «История» к персональным особенностям учащихся. Определение области актуальных возможностей и зоны ближнего развития учащегося. Выбор уровня стартовой сложности дидактического языка диалога.
3. Технологии формирования опыта исторического мышления в разном возрасте. Некоторые особенности работы ЦНС (центральной нервной системы) в процессе исторического мышления.
4. Культурные предпосылки исторического мышления в дошкольном и раннем школьном возрасте.
5. Методология исторического мышления или выбор философии истории. Есть ли альтернатива историческому материализму?
6. Мягкое введение в систему интенсивного развивающего обучения.

I. Мотивация учебной деятельности в дидактическом курсе «История». Формирование рабочей установки.
II. Методика критического освоения Исторического Факта (Доверие и Скепсис в восприятии информации). Культура аргументации и доказательств. Корректность исторического суждения и умозаключения.
III. Многократное вариативное введение (объяснение \ подача) дидактической информации. Качественная специфика разных стадий ввода информации.
IV. Закрепление информации в Картине Мира. Координация нового фрагмента информации и смежных структурных элементов Картины Мира. Психологические закономерности феномена ПОНИМАНИЯ = усвоения информации. Понятийный фундамент исторического мышления. Обобщение и систематизация информации – философский (мировоззренческий) и психологический (дидактический) аспекты проблемы. Формы и методы итогового тематического мониторинга (контроля) формирования Картины Мира.
V. Установление обратной связи в системе «Учитель – Ученик». Модели интенсивного развивающего дидактического диалога. Мониторинг формирования исторического сегмента персональной Картины Мира (инспекция, контроль) и стимулирующая оценка труда Учащегося.
VI. Технология развития устной и письменной речи на уроках истории.
VII. Репродуктивные и продуктивные виды дидактической деятельности. Проблемное обучение. Воспитание персональной точки зрения.
VIII. Групповая, парная и индивидуальная учебная деятельность в ходе урока и в процессе подготовки к нему. Соперничество и сотрудничество.
IX. «Скорая дидактическая помощь»: технология определения области «незнания – неумения – непонимания», диагностика её причин, гносеологических и операционных корней и организация устранения. Реабилитация ОШИБКИ. Формирование навыков анализа и самоанализа. Опыт критики и самокритики.
X. Формирование навыков самостоятельного решения дидактических задач возрастающей сложности.

7. Технические средства обучения в современном дидактическом процессе (ПК, магнитофон, мобильный телефон, видео, DVD).
8. Планирование дидактического курса. Мониторинг дидактического процесса.

Предложенный курс — часть плановой научно-исследовательской деятельности автора в составе Лаборатории интенсивных методов обучения НИИ СиМО \ ОСО Академии Педагогических Наук СССР. Он разработан, одобрен и внедрен в системе повышения квалификации педагогических кадров Министерства просвещения СССР (с 5 марта 1988 года - Государственного комитета СССР по народному образованию).

В настоящее время курс адаптирован для становящейся системы просвещения в Семейной школе в двух вариантах:
А. Для заведений среднего образования с системным подходом к обучению типа «Семейная школа».
Б. Для индивидуального обучения в масштабах одной семьи или в кооперированной группе семей.
Возможна его дальнейшее гибкое приспособление к любым дидактическим формам и системам.
Может быть внедрен в практику Семейного образования после системного усовершенствования педагогических кадров в формах дистанционного, очно-заочного и стационарного обучения.
Курс состоит из лекционных, семинарских, консультационных форм дидактической деятельности и завершается экспериментальным проектом методической разработки одного из курсов истории, исполненным студентом под руководством Автора.

Любые формы обучения не предполагают коммерческих отношений Заказчика и Исполнителя. В случае стационарного взаимодействия материальные затраты Заказчика исчерпываются расходами на транспорт, питание и проживание автора.

Курс может быть предложен, как в полном объеме, так и фрагментарно.

Время освоения курса определяется по согласованию — Заказчиком и Исполнителем.

Детали сотрудничества обсуждаются специально и отражаются в Договоре о сотрудничестве.
Tags: #Семейная школа, #историческая наука, #история, #преподавание истории в школе
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments