nikpolmir (nikpolmir) wrote in 56didactnik15,
nikpolmir
nikpolmir
56didactnik15

НЕПРОДУКТИВНЫЙ УЧЕБНИК

(ПЕДАГОГИКА И РЫНОК)


Кто только не ругает сегодня российскую казенную школу?! - Только ленивый. И тот, кто кормится на ее пепелище. Особенно талантливо и основательно критиковал ее до недавних пор А. Лобок — человек необыкновенно умный и знающий многие секреты и болевые точки системы просвещения. И, как психолог. И, как философ. И даже, как внесистемный педагог. То есть, как человек, периодически вторгающийся в систему просвещения в качестве, как бы учителя. Или временно исполняющего его обязанности. Не чтобы «по жизни» потянуть нищенскую учительскую «лямку». И не ради учительского подвига — каждодневного и незаметного. О котором «благодарные» соотечественники вспоминают лишь в День Учителя, чтобы откупиться от культурного героя (или трикстера?) букетом цветов. Александр Михайлович пожаловали в школу, чтобы подарить детишкам себя. А еще — блеснуть талантом. На фоне заурядной учительской «серости». Чтобы показать убогим, как, на самом деле, полагается учить. И какими — яркими и артистичными, провоцирующими в школьниках неуемную жажду знаний или, в лексике Александра Михайловича, «азарт» и «драйв» — должны быть и учителя, и сама школа со всем ее фаршем. И, в том числе, учебниками.

Кстати об учебнике. Вместо критики нынешних российских учебников, где ему и карты в руки, Александра Михайловича в этот раз вдруг, ни с того ни с сего, понесло в рассуждения об учебнике вообще — как жанре педагогической литературы. Да еще с прокурорским пафосом. Именно так исполняет он монолог: «Почему в современную информационную эпоху идея учебника непродуктивна?» https://www.youtube.com/watch?v=FjZk-uPNL68&feature=share , где, решительно и безапелляционно, приговорил УЧЕБНИК к высшей мере социальной защиты.

Мне, знакомому и с многими разными учебниками, и с творчеством их самопровозглашенного «инквизитора» обидно: и за учебники, и за Александра Михайловича. Зря он взялся не за свое. Ну какой из него прокурор?! А тем более Торквемада. Но когда в чужой заповедник, который для философа и психолога А. Лобока — школа, вторгаются пришельцы, грозящие от него камня на камне не оставить (учебник — один из принципиальных фундаментных блоков школьной «архитектуры»), обитателям поневоле приходится вставать на его защиту.

Чем же провинился Учебник перед А. Лобоком?

СОСТАВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

«В современном мире,- утверждает Великий Инквизитор, - где благодаря Интернету нет проблемы доступа к информации» остается «проблема гигантских информационных потоков, которые нас захлестывают и мы не знаем что с ними делать?» Эти потоки, заполонив учебники и превратив их в скучные и непонятные библии, топят психику ребенка, убивая интерес к учебе и жажду знания. Поэтому детишки «не хотят учиться» по «скучным» учебникам, изучение которых организовано учителями принудительно и прескверно: без «азарта» и «увлечения».

Поскольку стихию информации невозможно ни упорядочить, ни дозировать, ни перенаправить, не остается ничего иного, как породить в детях особое психическое состояние - «драйв», «азарт», «увлеченность», которое позволит им каким-то чудом не растеряться, сориентироваться в информационной лавине, как-то выгрести из ее пучины, попутно обнаружив и прихватив нужное, чтобы переработать его в соответствии со своими потребностями и целями.

Поэтому правильный — «качественный образовательный процесс» провоцирует в ребенке особое психическое состояние: так называемый «драйв», «образовательный азарт», в котором ученик сам каким-то непостижимым образом якобы способен справиться со стихией информации. Без помощи учителя. Задача которого отныне — лишь доведение ребенка до вышеупомянутого дидактического экстаза и поддержание высокого градуса педагогической истерии, а отнюдь не привычное «усвоение» и «передача» «суммы знаний».

Вот вам и «новая» педагогическая парадигма, где учителю назначено быть эдаким наркотиком — антропоморфным экстази, доводящим детишек до дидактического исступления, в котором им покоряются и таблица умножения, и теория относительности, и прочие премудрости, о которые спотыкаются неопытные и неразвитые детские мозги. Так школа из узилища молодых душ превращается в образовательный Лас-Вегас во главе с Первосвященником Педагогического Азарта — Александром Михайловичем Лобоком — глашатаем крестового похода против ВСЕХ (!) учебников — рассадников дидактической скуки, непонимания, уныния и обязаловки. Которые, за преступные попытки «упаковать в удобный карманный формат» весь «гигантский и разнообразный мир культуры», необходимо упразднить. Дабы не соблазняли: «усвоить простым и быстрым способом» необъятное и разнообразное содержание Культуры по принципу: «то же самое, но только коротко... и попроще». Чтобы детишки не искали попусту «простой и более доступной дороги к культуре». Поскольку таковых в природе не существует. Ибо все дороги к Культуре и в Культуре — по неоднократным заявлениям Александра Михайловича, распространенным в самых разных его текстах, — каторжно трудны, коварно извилисты и сориентироваться в них, а, тем более осилить, дано исключительно Культурному Герою — мученику и страдальцу.

Итак, мы имеем преступника — учебник. Который виноват даже не перед детьми, а перед самой Культурой. Чем и заслужил свой кирдык. Без права на обжалование. И без надежд на амнистию.

И мы имеем «терпилу» — страдальца: всю Культуру целиком. А еще — ребятишек — школьников, окормляемых жрецами Культуры после доведения до экстатического состояния.

ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПНИКА

Учебник это «система того, что ребенок должен выучить, усвоить и транслировать».

Все на что он – учебник – на самом деле годится: сообщить информацию, необходимую, чтобы сдать ЕГЭ, который в чистом виде — бегство от Культуры. Поскольку не «создает в ребенке драйв, не мотивирует его путешествовать в Культуре: исследовать Мир Физики, Мир Математики, Мир Филологии...» и тому подобный информационный фарш, тем самым, порождая «иллюзию высокообразованности». Ибо «знание учебника» и компетентность в культуре — не одно и то же.

И это грех не только российских учебников, но всех европейских, воплощающих порочную модель "упакованной культуры" и виновных в том, что после их освоения «не возникает никакого желания путешествовать в Культуре дальше и самостоятельно». Не зря, к примеру, выпускники российской школы, простившись с ней, ну ни в какую не желают добровольно читать ни зарубежную литературу, ни даже (!) «великую русскую». И тут, несомненно, вина самих учебников, а не горе-учителей.

ХАРАКТЕРИСТИКА ПОТЕРПЕВШЕГО

Культура — субстанция коварная. И капризная. По своей безразмерности, неопределенности и универсальности. Любой ее союз с учебником, любая попытка запечатлеть на его лапидарных и кондовых страницах свою неуловимую трансцендентную ультрамодернистскую сущность завсегда приводит к катастрофическим последствиям: «чем больше мы умещаем ее в учебник, тем больше нам становится скучно». И это отвращает детей от знакомства с девушкой. Вот почему преступны любые попытки вписать Культуру в учебник. Ибо девственная Культура — не испорченная учебниками — «наполнена непредсказуемостью». В силу присущей ей «безразмерности множественностей, фантастическим образом друг с другом пересекающихся». Следовательно и учебник, транслирующий Культуру, должен быть непредсказуем. Чтобы там — в Культуре — было кому и с чем «пересекаться». А поскольку «непредсказуемость» по своей экзистенциальной природе «необъятна» и, как таковая, не умещается «в просчитанный наперед формат» учебника, как слон — в спичечный коробок, то и сам учебник, как поле соперничества запутанных и противоречивых смыслов — из-за невпихуемости безразмерности, нисколько «не приближающей к Культуре», лучше убрать из школы вон. От греха — подальше. Чтобы детишки с учителями «крышами» не «поехали» от информационных и культурных глюков.

ЕСЛИ НЕ УЧЕБНИК, ТО КТО?

Вместо учебника (по мнению А.М.Лобока) — ему на смену — необходима «СИСТЕМА МОТИВАТОРОВ, СОЗДАЮЩАЯ ДРАЙВ = охоту, азарт движения в разных культурных мирах» когда ребенок:
а) охотно и произвольно осваивает информацию в той области, где возникло чудо «образовательного азарта»;
б) «активно» и «самостоятельно» движется «в мире усложняющихся реальностей».

Такая «система мотиваторов» это уже и «вообще не учебник, а что-то другое — некая сумма инструментов, которые бы мотивировали на движение, на собственное карабкание в разных мирах культуры и позволяли простраивать в информационном мире свои субъектные траектории».

Это неизреченное и мутное «ЧТО-ТО ДРУГОЕ» оно же “СИСТЕМА МОТИВАТОРОВ, СОЗДАЮЩАЯ ДРАЙВ”, которой А.Лобок намерен заменить грешный и противный Культуре учебник, на самом деле есть опять же, как ни крути ... все тот же учебник. Только правильный — с точки зрения «впихуемости» в него Культуры. И потому требующий, чтобы его не путали с неправильными, куда Культура не впихуется. Потому что, так уж повелось — традиция такая — в любезной Александру Михайловичу Культуре, чтобы информационные инструменты, передающие сокровища Культуры новым поколениям ее утилизаторов и прогрессоров называть словом: «учебник». От глагола «учиться», что есть то же самое, что и осваивать Культуру.

Так, стало быть, дело не в самом феномене по имени «учебник»? И даже не в том, каким именем назвать дидактическое пособие, от которого на самом деле никуда не денешься, покуда есть культурный институт «школа» и необходимость адаптировать сложный и непонятный мир взрослой культуры к возможностям и особенностям детского восприятия и мышления. И весь этот скандал вокруг учебника, который вдруг почему-то не то «испортился» безнадежно, не то «устарел» по мнению А. Лобока, возник отнюдь не по вине самого учебника. И даже не из-за того, что это слово — «учебник» — где-то что-то болезненно трогает в недрах его мятущейся души. На самом деле тут дело даже не в словах, а в самом феномене скандальчика, без которого трудно привлечь внимание общественности к персоне реформатора и к реформе отечественной школы, громогласно провозглашенной Александром Михайловичем.

АПОЛОГИЯ УЧЕБНИКА (МНЕНИЕ ЗАЩИТЫ)

Слова А.М.Лобока про «проблему гигантских информационных потоков, которые нас захлестывают и мы не знаем что с ними делать?» есть на самом деле полемический прием и своеобразная «страшилка» — ложное искусственно выдуманное сверхширокое обобщение, характеризующее даже не ограниченную компетенцию Александра Михайловича, в которую мне, после всего прочитанного у него:
«Вероятностный мир»
«Алмазная земля педагогики Олонхо»
«Другая математика»
«Картография внутреннего детства»
«Наука ученичества»
«Ребенок плохо учится»
«Умение читать»…,
трудно поверить, а, скорее всего, ситуативную — чисто коммерческую по психической природе — установку на провокацию скандала. Который с проблемой учебника — по существу — не имеет ничего общего.

К примеру, учителю — профессионалу — совершенно очевидно «что делать» с такими информационными потоками, а заодно и с учебниками:

1) анализировать информацию, разделяя качественную и некачественную, добросовестную и недобросовестную, уместную и неуместную, своевременную (доступную с точки зрения уровня развития ЦНС данного ребенка) и несвоевременную (недоступную) …;

2) АДАПТИРУЯ качественную, добросовестную, уместную и своевременную информацию к персональным возможностям растущей нервной системы ребенка и к уровню его мышления,

3) а еще непременно ДОЗИРУЯ КОЛИЧЕСТВО ИНФОРМАЦИИ, исходя:

а) из «пропускной способности» каждого конкретного детского мозга вместе со всей центральной нервной системой этого ребенка,

б) из «удельного веса абстракции», содержащейся в каждой «единице дидактической информации», направленной на конкретного ребенка,

в) из бюджета времени согласно учебного плана и программы, отведенного на усвоение данного количества (порции) информации.

И вот тут-то и необходимы — настоящий Учебник и настоящий Учитель. Как посредники — адапторы и дозаторы — между Культурой, полной непонятных «взрослых» слов, и Ребенком, для которого такие слова — пустой звук. Учебник (хороший) делает непонятные слова понятными. А Учитель контролирует насколько содержание Учебника внятно особенностям психики, уровню интеллектуального развития, уровню операционной культуры переработки дидактической информации (= умение учиться) конкретного ребенка и сопровождает, а где нужно редактирует — регулирует процесс освоения ребенком тезауруса Культуры. И такая дидактическая каждодневная работа есть главная функция педагога в учебном заведении. С которой несовместимы какие бы то ни было образовательные истерики, оргазмы и прочие скандальные катарсисы. Просто в силу их феноменальной нервно-психической природы, не позволяющей ни происходить слишком часто, ни длиться слишком долго. Такие психические катаклизмы принципиально не совместимы со стайерскими качествами образовательного марафона, в котором спринтерские рывки и аматорские метания из стороны в сторону с ускорениями и торможениями не только неуместны, но инородны. Принципиально. И преступны. Ибо впустую растрачивают ограниченные психические ресурсы ребенка.

Я допускаю, что «варягу» в педагогике, бывающему в школе гостевыми наскоками, все это очень даже может быть чуждо, неприятно и непонятно:
- и как вести себя в мире, изобилующем информацией и детишками, не огороженными от нее никакими фильтрами,
- и как дидактическую информацию классифицировать, дозировать и адаптировать,
- и как составлять персональные учебные планы и программы…

Вся эта отнюдь не азартная «рутина» бесконечно далека от милых сердцу Александра Михайловича «драйвов» и тому подобных истерик, на которых он мечтает выстроить собственную реформу просвещения, с фейерверками умных и правильных слов про Культуру и про законы ее «впихуемости-невпихуемости» в нежную и загадочную детскую душу. Однако при всем его действительно незаурядном артистизме нельзя не заметить некоторую, нескрываемую даже пиететом к Пророку, утомленность в поведении даже его верных апостолов, создающих своим присутствием иллюзию аудитории при записи и этого видеофильма про «непродуктивность» учебника, и иных авторских видеоматериалов. И если хронические «азарты» и «драйвы» так утомляют взрослых людей, каково же бывало-бывает-будет детям, постоянно находящимся в зоне непрекращающейся истерики педагога, избравшего ее основным инструментом своей профессиональной культуры?

Откуда взялась такая нелепая «скандальность» у солидного человека — ученого, оригинального мыслителя и экспериментатора?

- Из мира бизнеса, где чтобы за услуги или за товар платили деньги, необходимо ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ стимулировать внимание к источнику товара или услуг. А именно источником образовательных услуг с некоторых сравнительно недавних пор стал А.М.Лобок. То ли сам стал. То ли таким сделали его промоутеры, взявшиеся за администрирование его творчества. Ведь если бы А.М.Лобок освободился от коммерческих мотивов своей деятельности и попробовал бы взяться за проблему учебника, как ученый, каким он, я надеюсь, все-таки еще остается, то его взору открылась бы совершенно иная картина. В ней бы:

1) исчез учебник, как универсальная бяка и вселенский источник детских образовательных неудач, а вместо этого фейка появились две категории дидактических пособий:
а) хорошие учебники (списки прилагаются) и
б) плохие учебники (списки прилагаются).

2) Списки хороших учебников сопровождались бы анализом: что в них хорошего и откуда это хорошее там взялось?

3) Списки плохих учебников, соответственно, сопровождались бы анализом: что в них плохого и откуда это плохое там взялось?

4) И тогда бы невольно — сам собой — из такой аналитики непременно возник конспект теории «правильного учебника», который, после доработки, наверняка стал бы оригинальным и действительно научным вкладом в формирование новой педагогической парадигмы, на авторство которой (и небезосновательно) претендует А.М.Лобок.

Но такой научный подход категорически несовместим с подходом коммерческим. Потому что у них разные аудитории или, говоря языком коммерции, разные потребители — и поэтому они ориентированы на разные сегменты рынка.

Солидная научная теория «правильного учебника» объективно и нужна, и интересна педагогам и администраторам системы просвещения. Но я не встречал таковых среди публики, внимающей А.М.Лобоку. Может быть они и есть. И даже наверняка местами встречаются. Но, видимо, в ничтожно малом количестве. Мне, по крайней мере, не различимом. Почему им не интересен А.М.Лобок и все, что он делает в педагогике — тема отдельного разговора. Который, если его начинать, затронул бы и интеллектуальную убогость нынешних педагогических кадров, не позволяющую оценить по достоинству авторские новации. И нищенскую зарплату от которой трудно что-то отстегнуть на коммерческие аттракционы новоявленного педагогического гения, ниспровергателя и пророка. Да и пророков-новаторов население нынешней школы не шибко уважает. Для него эти ребята и укор, и больная совесть, и обидная дразнилка. Ведь многие учителя, созерцая искрометные монологи Александра Михайловича, раздраженно думают про себя: «тебе бы мою нагрузку да мою зарплату, умник, поглядела бы я куда бы ты делся со всеми своими фантазиями после 7-8 уроков в две смены каждый день». Так что не нужен — не востребован Александр Михайлович кадрами современной русской школы. И ее управленцами. Которым и без парадигмальных реформ там комфортно и уютно. И потому на кой им этот бузила — возмутитель спокойствия?!

Единственный оставшийся платежеспособный сегмент образовательного рынка — родители школьников. Точнее: мамы-мамочки-мамаши — те из них, кто еще способен осознать или хотя бы ощутить насколько туго приходится в современной школе их несчастным буратинам. Они и заплатить готовы пророку, который и осудит эту школу вместе с ними. И научит как с ней бороться. Или, как минимум, как сегодня выжить в этой казарме? Но как адаптировать увесистую академическую педагогическую теорию к капризным и неприспособленным к такой тяжелой «пище» мозгам очаровательных мамочек? Чтобы не было «несварения». И чтобы платили за «науку». Рецепт прост: поменьше теории! Никаких увесистых дремучих профессорских терминов! Побольше драматизма! Дамы уважают надрыв души и высокий градус ее плавления. Особенно резонансный — в унисон тревогам и заботам материнского сердца. И поменьше мозгодробительной диалектики. К чему запутывать девственные мозги паутиной противоречий?

Именно так и ведет себя Александр Михайлович, ополчившись на школьные учебники и — в полемическом задоре — на учебник вообще, как таковой. Для пущего скандала. И не только на учебник, но еще и на "Энциклопедию" Д. Дидро и д'Аламбера, нечаянно попавшую «под горячую руку» пророка и зачисленную — гамузом — в преступное сообщество врагов Культуры.

Она-то за что?!

Видимо, просто не повезло бедняге: под раздачу угодила. Так бывает, если с утра «не твой день».

ИСПЫТАНИЕ РЫНКОМ

Отечественная педагогика переживает пору рыночных испытаний. Следом за крушением Советского государства и т.н. «социализма» началась адаптация общества к товарно-денежным отношениям — небыстрая и небесконфликтная. Как, впрочем, и любая коренная перестройка общества. В наши дни процесс набирает темпы и разворачивается по всему «фронту». И педагогике вместе со всеми носителями ее окаянства суждено до конца пройти через испытания рынком. А, значит, и «медными трубами», которые слава и популярность, и которые, как оказалось, тоже могут стоить денег. И самими деньгами, которых сперва катастрофически не хватает, а потом, иногда, некуда девать. Если очень постараться и подчинить погоне за ними всего себя. Без остатка.

Поэтому метаморфозы А.М.Лобока: был глубокий философ и тонкий психолог — редкий умница, одаренный литературным талантом с задатками педагога-экспериментатора и вдруг куда-то делся. Как говорится, «был да сплыл». Явление, само по себе, заурядное. Немало талантливых людей озаботились сегодня: как распорядиться своим талантом? Так чтобы не бедствовать? И никто из них не знает наперед правильных ответов на такие вопросы. И рецептов тут нет. Универсальных. Этот опыт всем приходится обретать в одиночку. И платить за него. Не всегда деньгами. Иногда за деньги приходится расстаться с чем-то очень дорогим в себе. И нередко, чтобы раздобыть денег, жертвуешь той частью себя, которая и породила то, за что сегодня тебе готовы платить. Но ЭТО можно продать только один раз! Потому что по законам рынка изделие, однажды проданное, отчуждается от Автора и начинает жизнь своей жизнью. Поэтому тот Александр Лобок, который написал «Другая математика», «Алмазная земля педагогики Олонхо» или «Антропология мифа» и Александр Лобок, додумавшийся до того, что «в современную информационную эпоху идея учебника непродуктивна» это два очень разных человека. Точнее, человек — один и тот же, но переживающий разные этапы своей эволюции.

Соблазны рынка пошатнули не один талант и не одну доблесть. Немало замечательных людей споткнулись о деньги или подскользнулись на льду безденежья. Лет двести назад другой Александр — Пушкин — создал уникальную формулу разрешения подобного конфликта: «не продается вдохновение, но можно рукопись продать». Она ему дорогого стоила. Это и о том, что нужно уметь выносить корысть за пределы творчества. Тем более педагогического. Потому что здесь другие ценности. И их можно продавать. Когда они уже готовы. Если умеешь. Но ими нельзя торговать. И спекулировать. Потому что в любой системе общественных отношений есть своя «пирамида ценностей». Где на вершине всегда только одна — единственная, которая и цель, и смысл всего этого. В мире рынка — деньги. В мире педагогики — дети. А если учесть, что педагогика имеет дело с ЧУЖИМИ детьми, так тут и вовсе не может быть компромиссов. И если сам себя продавать не умеешь и вручаешь свою судьбу и свои изделия посредникам, полезно контролировать качество их «промоушена». Потому что могут и продать — с потрохами. И промотать. До нитки. И до слез. Которые особенно горькие, когда вспоминаешь: как все было чисто и красиво, пока не вмешались деньги. И на вершине были дети. Только они.
Tags: #А.М.Лобок, #азартная педагогика, #педагогика и бизнес, #учебник
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments