nikpolmir (nikpolmir) wrote in 56didactnik15,
nikpolmir
nikpolmir
56didactnik15

Category:

ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ ПАТОЛОГИИ или ЧЕМ НА САМОМ ДЕЛЕ БОЛЕЕТ РУССКОЕ ПРОСВЕЩЕНИЕ?



Прямой и лаконичный — по существу — ответ на вопрос: «чем болеет русское просвещение?» звучит, как выстрел: НЕКОМПЕТЕНТНОСТЬЮ. Причем на всех уровнях обширного и неоднородного педагогического пространства: от самого министерства с его академическим мозгом, густо проросшим метастазами имени товарища Альцгеймера — вплоть до экспериментальных джунглей аматорского бесшколия в промежутке между которыми потерялась феминизированная педагогическая общественность, выродившаяся в климаксоидную истеричность репетиторско-тьюторского опарыша.

Феномен «некомпетентности» неоднороден. Его палитра причудлива. И заслуживает дифференцированного к себе отношения. Особенно в некоторых сегментах. Как, например, в заповеднике т.н. «Семейной школы» - зоны оптимистического родительского отчаяния, где неравнодушные и преданные душой и телом своим детям «предки» спасают «потомков» от травмы, если не казни, казенной школой.

Русская Семейная «(не) школа», как игриво называет свое детище автор едва ли не самого успешного воплощения идеи русского «бесшколия» Павел Шиварев, достойна не только добросовестного методологического исследования, но и всемерного распространения и популяризации. Заслужила: детям там, похоже, хорошо. Как, впрочем, и взрослым, причастным дезертирству из образовательной казармы. Хотя кроме оптимистических отчетов руководства о проведенных педагогических мероприятиях у меня нет иных источников, содержащих объективные показатели состояния мозгов и душ ее учащихся. Их — объективных — то ли нет вовсе. То ли они не опубликованы. Пока что? Впрочем, их нет и в системе казенного образования. Но мне, наблюдающему из моего донецкого далека за тем, что вытворяет со своими чадами в Кенигсберге Павел Шиварев, просто очень хочется верить, что Его детям в Его школе таки да хорошо. В самом деле. Хотя детям всегда хорошо, когда родители их забирают из казенной школы. Или когда они сами оттуда «сачкуют». Как я лет 50 тому назад, переживший лучшие школьные годы (9-10 классы), в основном, на свежем воздухе — в Центральном городском парке культуры и отдыха г.Донецка имени товарища Щербакова: на скамьях под гигантскими вязами и тополями на пару с Паустовским, с Куприным, с Тютчевым..., в зале лучшего в городе кинотеатра «Панорамный», на гаревой дорожке и в секторе для метания диска стадиона «Шахтер», расположенного в том же парке...

Вот уже четвертый год я с удовольствием слежу за жизнью (не) школы Шиваревых. Эти периодические интернет-экскурсии в гости к супругам Шиваревем заряжают меня оптимизмом. Который позволяет сохранить присутствие духа и трезвость мысли в эпицентре гражданской войны в Донбассе. Потому что у Шиваревых в семье-школе я нашел живой педагогический процесс. И там, таки да, настоящая школа. Хотя и «Семейная». И хотя эффект новизны, выраженный выдохом: «ух ты-ы!» уже прошел, я все еще иногда удивляюсь, как здорово там все получается. Настолько здорово, что даже такому снобу, зануде и язве, как я, буквально не к чему прицепиться. Чтобы покритиковать, типа: «а-а-а! А вот тут у вас, господа-товарищи, ошибочка вышла! Так низ-з-зя! Это неправильно. С точки зрения психологии дидактики...» Но не к чему придраться. Даже к гениальному А.Лобоку у меня есть к чему придраться, а тут не к чему. Ну не дает Павел Шиварев мне повода показать, что и я — не дурак... Ни с какого конца.

Но вот вдруг П.Шиварев взял и написал про 5 «болезней современного образования»:

https://www.facebook.com/groups/485736394809907/?multi_permalinks=1532117863505083¬if_t=group_activity¬if_id=1496601908162501

и "спекся" – попался – "прокололся" – обнаружил некомпетентность: в истории педагогики. Которая простительна. Ему. Хотя бы потому, что это не помешало создать свою школу. Такую школу. А я, зная историю педагогики, такой, как у него школы не создал. И потому дальнейший мой текст – индульгенция: сим Павлу Шивареву отпущается грех неведения...

Но инквизиция инквизицией, а грехи надо замаливать. Или, как в педагогике, пересдавать. Чтобы, значит, область незнания-непонимания ликвидировать. И потому приступим к их – грехов или по-шиваревски "болезней" – инвентаризации.

ИНВЕНТАРИЗАЦИЯ БОЛЕЗНЕЙ ОБРАЗОВАНИЯ

«Болезней современного образования» - Павел Шиварев насчитал аж 5 штук:
1. Урок, как специальная форма организации учебного времени.
2. Класс, как специальная форма организации дидактического пространства и социума.
3. Единая программа, как специальная форма организации дидактической информации.
4. Передача «знания» «по предмету» (вместо «информации» от учителя к ученику, как следовало бы).
5. «Приоритет внешнего управления над внутренним, поставленной задачи над взятой», что означает, что дети не «управляют своим образованием», не имеют возможности «принимать решения» о том, «что, когда и как» они изучают.

Я бы назвал, не задумываясь, еще 55 раз по 5 таких же педагогических «простудифилисов». И даже еще похуже. Среди которых, тем не менее, не оказалось бы ни одного, указанного Павлом. Однако полная клиническая инвентаризация просвещения — предмет особой ревизии. Которую — всю — я бы заменил здесь указанием на главную «гангрену», имя которой «ГРЕХ ОШИБКИ». Которого Павел не заметил.

Тем не менее, в системе обучения Павла Шиварева такая ошибка отсутствует. И в этом ее — системы — пожалуй, главная сила. Ибо сколько бы ошибок и нелепостей ни совершил Павел Шиварев в ходе своего эксперимента, а он их совершил и еще не раз совершит, потому что не ошибается только тот, кто ничего не делает, главная его победа в том, что в его «Семейной (не) школе» ОШИБКА РЕБЕНКА НЕ ЕСТЬ ПРЕСТУПЛЕНИЕ, как, кстати, и его собственная. Там ошибка — сигнал для умного родителя, который еще и педагог, пристальнее присмотреться к затруднению возникшему у ребенка. И призадуматься: в чем там дело? Ведь Павел учит своих детей, а не чужих. И за ошибку ему не нужно их казнить. Ибо только в казенной школе ошибки тормозят

«ПРОХОЖДЕНИЕ» ПЛАНОВОГО МАТЕРИАЛА

и мешают

«СВОЕВРЕМЕННО» ИСПОЛНИТЬ ГОСУДАРСТВЕННУЮ ПРОГРАММУ.

Поскольку Павел не работает в казенной школе, ему не нужно отчитываться перед начальством за исполнение государственной программы. Его начальство — его дети. Он отчитывается перед ними. И перед Господом Богом. И поэтому он привык и не боится ошибаться. Ведь ошибается он вместе с детьми. А, значит, потом они вместе исправляют — и взрослые, и детские «ошибки». Которые и не «ошибки» вовсе, а обыкновенные и естественные затруднения в процессе развивающегося понимания. Это такие текущие проблемы смысла (со-мысла = совместного мышления), без которых не существует настоящей педагогики.

Но привычка безболезненно и безнаказанно ошибаться иногда подводит. Если продолжается за пределами дидактики. Как у Павла, который, не ведая страха ошибиться, ошибся там, где ошибаться и не полезно, и не солидно: оценивая грехи СИСТЕМЫ ОБРАЗОВАНИЯ. Которая в самом деле ни к черту. Но любая система это всего лишь система. А как она работает, зависит от того, КТО В НЕЙ РАБОТАЕТ? И КТО ЕЮ УПРАВЛЯЕТ? А это Павел, похоже, забыл. В полемическом задоре. Или от обиды на систему образования. Со всем ее неизбывным идиотизмом.

Предъявляя претензии к СИСТЕМЕ ОБРАЗОВАНИЯ Павел ведет себя, как убитый горем и потому обезумевший родственник, потерявший в авиакатастрофе близкого человека и винящий в своей потере и конкретный самолет, и всю авиацию оптом, и даже весь белый свет и самого Господа Бога, сотворившего этот мир таким несовершенным.

Критика Павлом наличной системы образования формально вроде бы и справедлива. Но на самом деле она не по адресу. Ведь виновата на самом деле не система образования — не МОДЕЛЬ ПЕДАГОГИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ, сложившаяся за последние 300 лет методом стихийного эксперимента (= «научного тыка») и уже в силу такой эволюционной природы достойная не только уважения, но и сбережения: «ломать — не строить». Виноваты на самом деле те конкретные люди, которым она попала в руки лет 30-40, если не все 100 лет тому назад.

Потому что, если знать историю проблемы, а ее полезно изучить прежде чем выносить судьбоносные вердикты с апломбом Великого Инквизитора, то окажется, что до 1917 года это была гиперпродуктивная и преполезнейшая система педагогических отношений, охватывающая собой всю образовательную «картину» страны: от высшей — до начальной и даже той еще семейной школы с ее гувернерами, боннами, дьячками, мамками, дядьками, няньками и прочими уже изрядно подзабытыми «бурсами» и церковно-приходскими училищами. И если даже она скурвилась таки, в конце концов, настолько, что даже мы с вами этого не можем не заметить и не признать, то не в силу заложенных в ней имманентных потенций. И очень не сразу. А упорно сопротивляясь своим палачам. Целую сотню лет! И это был подвиг и заслуга системы — 100 лет сопротивления. В одиночку! Которая хотя и, да, побеждена! Да сломлена! Но после героической подвижнической бескорыстной борьбы, давшей походя и индустриализацию, и культурную «революцию», и выход внуков крепостных крестьян в космос, и эпическую Победу над мировым злом фашизма, и многие чудеса и, в том числе, и теперь уже и Силиконовой долины, и других подобных «парков» по всему по белу свету, созданных бывшими русскими школярами. А еще давшей и, кстати, нас с Вами, Павел. Или Вы не сидели за партой в советской школе, как я?

Нужно понимать, что отечественная дореволюционная педагогическая система, именуемая ее легкомысленными критиками «современным образованием», была, в конце концов, побеждена другой СИСТЕМОЙ, имя которой: ЧИНОВНАЯ КОРРУПЦИЯ И НЕДОБРОСОВЕСТНОСТЬ. Или, выражаясь лексикой эволюции, ПАРАЗИТИЗМОМ. Суть ее в том, что советский, а теперь уже и российский чиновник взял целиком доставшуюся ему по наследству от «проклятого царского режима» готовую педагогическую конструкцию и, почти ничего не меняя в ней самой, всего лишь (!) ЗАСТАВИЛ ЕЕ СЛУЖИТЬ СЕБЕ, а не детям. И даже не государству или империи, как это было до 1917 года, когда у государства — империи были иные ХОЗЯЕВА, державшие чиновника «в узде» и в «ежовых рукавицах». Державшие, да не удержавшие! Ибо в 1917 году таки да произошла революция. Но это была отнюдь не «большевистская» революция. И уж тем более никакая не «социалистическая» и даже не «пролетарская». Это была Великая Бюрократическая Революция, в которой власть на территории в 1\6 часть суши нашей планеты захватила гигантская корпорация чиновных паразитов. Захватила и укрыла свою победу подлой изящной ложью про «государство трудящихся», про «светлое будущее всего трудящегося человечества» и про «коммунизм». Это были и все еще есть такие люди, что если бы им дать в руки даже «Семейную (не) школу», заботливо и с энтузиазмом выстраиваемую Павлом и уже только поэтому (право авторства и право доминантной любви к своему детищу) несравненно лучшую, чем т.н. «массовая школа», которую Павел критикует — они — эти люди — чиновники — с тем же успехом похоронили бы и ее вместе с Павлом, надругавшись и над немеркнущей святыней изначального замысла, и над памятью отца-основателя. И они, кстати, уже ее хоронят, навязывая Павлу и его детям совершенно идиотические прокрустовы «стандарты» под которые и сам Павел, и сотни иных прекраснодушных сподвижников секты «Семейная школа» приспосабливают, кроят и втискивают невинные души своих младенцев, чтобы дать русскому буржуазному государству послушных и удобных в управлении холопов и смердов. Ни сном, ни духом не подозревающих своего рабства. Как и их родители. Забывшие правило: не играть в азартные игры с шулерами. Тем более с такими, которые всегда «на раздаче». И которые формируют правила «игры». Не обязательные для самого «крупье». В том числе, игры «в педагогику».

«Любой мираж душе угоден
Любой иллюзии глоток
Мой пес гордится, что свободен,
Держа в зубах свой поводок»
(И.Губерман)

Обижая систему русского просвещения, основанную на технологии массового обучения разных детей, Павел ведет себя, как дитя, стукнувшее себя по пальцам молотком от неумения им пользоваться, и ругающее и винящее молоток, а не его «рукожопого» «мастера». Причем он делает это уже в самом названии своего текста, который называет «элегически»: «грустной историей» о том, «почему любая альтернативная школа, в которой сохранена классно-урочная система ничем не лучше массовой школы». Я не ведаю, что мешает такому далеко не глупому человеку, как Павел Шиварев, понять в принципе простую вещь: виновата не сама по себе «классно-урочная система», а те паршивые учителя, которые ее сегодня исполняют. Тут, как говорится: «не стреляйте в пианиста, он играет, как умеет». В самом деле, Павел, если дать скрипку Страдивари неумехе или посадить за стенвеевский рояль олуха с улицы, Вы тоже будете ожидать от такого «исполнителя» музыки? И ругать инструменты? Или, все-таки, менять «артиста», если музыка не нравится?

Павел Шиварев напрасно взялся судить МОДЕЛЬ СИСТЕМЫ РУССКОГО ПРОСВЕЩЕНИЯ. Не ему пока что судить о ФОРМАХ БЫТИЯ ДИДАКТИКИ со всеми ее «уроками», «классами», «программами». Потому, что хреновый он «следователь»: не знает ни состава преступления, ни технологии расследования и сбора улик. Он никудышний и прокурор, не ведающий уголовного кодекса. И судья — никакой, ибо гость в Храме Просвещения. А судят там Жрецы. Он хорош в качестве члена коллегии присяжных. Может быть даже ее председателя. Ибо честен. И бескомпромиссен — в деле защиты своего кровного детства. Но в качестве инквизитора русской педагогики он смешон. Не его это. Пусть лучше и дальше учит своих детишек. Это у него куда лучше получается.
Tags: #болезни образования, #педагогика, #просвещение, #реформа просвещения, #семейная школа
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments