nikpolmir (nikpolmir) wrote in 56didactnik15,
nikpolmir
nikpolmir
56didactnik15

Category:

АУТИЗМ ИЛИ КАК НАМ НЕ НУЖНЫ НАШИ ДЕТИ


Часть 3.

ЛЕЧИТЬ? КОРРЕКТИРОВАТЬ?... А МОЖЕТ ПРОСТО ПОНИМАТЬ И ЛЮБИТЬ? ИЛИ ЭТО СОВСЕМ НЕ ПРОСТО?

Используются «разные методики — дефектологические, нейропсихологические, логопедические» из которых формируются специальные системы, включающие нередко десятки различных методов. Это и прикладной поведенческий анализ, и игровое взаимодействие, и коррекция специфического развития сенсорных систем, и психомоторная коррекция, а также — логопедическая педагогика, обучение коммуникации, арт- и музыкотерапия, развивающие игры, адаптивная физкультура, кинезотерапия (лечение движением и нагрузками), ЛФК, терапевтические игры с собаками, иппотерапия и многое другое.

Слов нет — отличные методики. Но вот беда: все они — для детей. А скверным родителям и поганым учителям коррекция разве не нужна? А ведь это их следует «лечить» в первую очередь. Но зачем, если дополняя систему уродливой педагогики и варварского семейного воспитания можно построить хороший бизнес? Пусть держава в союзе с родителями и дальше гробят детскую психику. А мы будем брать бабло с обеих за «коррекцию» жертвы. И прибыльно! И почетно!

Несомненно здоровый детский коллектив — прекрасная естественная среда, способная ускорить разворот и возвращение ушедшего в себя ребенка к внешнему миру. Поэтому формирование таких коллективов и управление ими — удачный методический ход, которым в совершенстве владел А.С.Макаренко. И прекрасно, что о нем не забыли в Центре «Наш Солнечный Мир». Однако это вовсе не значит, что «ни один даже самый прекрасный педагог или любящий родитель не в состоянии научить» аутиста «вести себя, как обычный человек». И будто бы «этому можно научиться только от других детей». Образ «взрослого» может быть глубоко дискредитирован в сознании ребенка. И тогда новые модели поведения можно усвоить только в процессе общения со сверстниками. Но за организацией такого терапевтического общения необходимо должен пристутствовать профессионал — психолог или педагог. Это аксиома.

«Аутисты сложно воспринимают все новое. Они могут обучаться, но в приемлемом для себя ритме. Если вдалбливать в них знания, ничего не выходит. Аутист возводит вокруг себя «стену» для защиты от негативных ощущений и переживаний, вызванных контактом с внешним миром. Его нельзя оттуда вытаскивать силой — но можно выманивать, создавая ситуацию максимального благоприятствования. Только то, что аутист сделает по желанию, а не под давлением, станет его собственным опытом, которым он будет пользоваться в дальнейшем».

Но что же здесь собственно аутического? Это свойственно всем детям и даже взрослым. Все люди «воспринимают все новое» «сложно», поскольку любая новая информация неизбежно ломает старую устоявшуюся и консервативную Картину Мира и требует ее более или менее существенного переустройства. А это весьма энергоемкая и мозгодробительная процедура, когда нужно:
1) определить в какой семиотике выразить и описать новый духовный феномен так, чтобы форма его знакового выражения была адекватна природе явления и коррелировала с ней,
2) найти куда в пространстве архитектуры Картины Мира вписать новый квант информации,
3) демонтировать всю виртуальную конструкцию собственной души,
4) заменить устаревший элемент или даже весь информационный блок, где он присутствовал,
5) соединить новый духовный фрагмент причинно-следственными связями с соседними — ближними и дальними,
6) проверить новую конструкцию на деле: работает — не работает и, если не работает, вновь — демонтаж-монтаж-ходовые испытания... И так полка не заработает не хуже прежней. А иначе зачем это все. Ну и, наконец —
7) решить куда девать старую информацию, оказавшуюся иллюзией: стереть ее напрочь с «жесткого диска» или перезаписать на другой, где хранится ненужный, но милый сердцу мусор, напоминающий о ступенях собственной интеллектуальной эволюции...

Не только «аутисты» неохотно идут на подобные трепанации да еще и в исполнении самих себя по себе — живому! Чем старше человек, тем бережнее и консервативнее он относится к Храму собственного Духа, который строил всю жизнь. Ведь ломать — не строить!

Отнюдь не только «аутисты» способны обучаться, исключительно «в приемлемом для себя ритме». У любого человека, оказавшегося в условиях, когда объем и темп предоставления информации превышает природные возможности ее поглощения и утилизации, мозгулятор защищается от идиотизма юзера и напрочь выключается «из сети», как после сгорания электрических предохранителей.

То же справедливо и в отношении «вдалбливания знаний». Непонятную информацию невозможно «вдолбить» никому. И хотя гигантская часть учительского корпуса по всему миру занимается идиотическим репетиторством = зубрежкой = вдалбливанием = формальным принудительным внедрением информации в чужеродную персональную Картину Мира, дальше блока кратковременной памяти она не проникает и немедленно вымывается под напором своего конкурирующего мотивированного аналога. И при чем здесь аутизм?

И почему, спрашивается, исключительно аутистам Автор присваивает привилегию нежелания работать из-под палки: «только то, что аутист сделает по желанию, а не под давлением, станет его собственным опытом, которым он будет пользоваться в дальнейшем». Разве остальных людей можно обучить и воспитать под принуждением? Покажите мне хоть одного такого.

Демонстрируя особенности логики аутистов И.Шпицберг приводит забавный пример: «если спросить человека с аутизмом, как его зовут, он может подумать: «Кого зовут? Меня не зовут. Кого-то звали вчера. Вчера я был на железнодорожной станции. Там был большой зеленый поезд», — и ответить: «Зеленый поезд». Данный случай не имеет ничего обющего с типичными симптомами аутизма и иллюстрирует:

1) либо феномен случайного — рассеянного внимания, когда человеку трудно удержать в фокусе смысл поставленного вопроса и он скользит по волнам ассоциаций, связанных друг с другом связями, несущественными с точки зрения поставленного вопроса;

2) либо мы имеем здесь дело с ребенком, находящимся на второй - «комплексной» - стадии развития понятийного мышления (по Л.С.Выготскому), когда «... обобщения, создаваемые с помощью этого способа мышления, представляют по своему строению комплексы отдельных конкретных предметов, или вещей, объединенных ... на основе объективных связей, действительно существующих между этими предметами». Эта стадия мышления в понятиях «характеризуется построением комплексов.... - новый шаг по пути к овладению понятием, новая ступень в развитии мышления ребенка... Этот переход к высшему типу мышления состоит в том, что вместо «бессвязной связности», лежащей в основе синкретического образа, ребенок начинает объединять однородные предметы в общую группу, комплексировать их уже по законам объективных связей, открываемых им в вещах.
Ребенок, переходящий к этому типу мышления, преодолевает уже в известной степени свой эгоцентризм. Он перестает принимать связь собственных впечатлении за связь вещей, он совершает решительный шаг по пути отказа от синкретизма и по пути завоевания объективного мышления.

Комплексное мышление есть уже связное мышление и одновременно объективное мышление. Это те две новые существенные черты, которые поднимают его над предыдушей ступенью. Вместе с тем и эта связность, и эта объективность еще не являются той связностью, характерною для мышления в понятиях, к которому приходит подросток».

Еще один признак, свойственный поведению аутистов, согласно И.Шпицбергу — неспособность «смотреть в глаза собеседнику». Причем здесь же автор справедливо замечает, что «зрительный контакт тяжело дается даже обычным людям, а для людей с аутизмом он особенно болезненный...».

Согласно инстинктивным программам, прописанным в человеческой генной памяти нашим общим эволюционным животным прошлым, прямой взгляд в глаза представителя своего вида обозначает конкурентный вызов — претензию на более высокий социальный статус. И если действительно «неспособность смотреть в глаза собеседнику» является конституционным признаком психики аутиста, о чем можно судить только после специального статистического исследования, то следует признать, что в основе т.н. «аутизма» лежит низкая примативность его носителей, означающая либо врожденную неспособность к конкуренции за высокие места в социальной пирамиде, либо приобретенную еще в раннем возрасте в результате дефектов воспитания заниженную социальную самооценку, связанную с недостатком контактов с родителями или замещающими их взрослыми опекунами, чья «тень социальных статусов» накрывает ребенка и повышает его социальную значимость и вес в глазах сообщников.

Итак, с одной стороны, есть признание, что избегание прямого взгляда в глаза партнера по коммуникации — естественный наследственный поведенческий стереотип, присущий всем человекообразным. С другой стороны, утверждается, что, для аутистов он, в отличие от носителей психической «нормы», «особенно болезнен». Тогда возникает вопрос: «особенно болезнен» это означает количественное или все-таки качественное различие? Если количественное, то где указание на предельный конкретный размер явления за границами которого оно свидетельствует о нарушении нормы? Если качественное, то пожалуйте аргументацию. Однако мы лишены и первого, и второго. Но тогда можно ли соглашаться с тем, что «неспособность смотреть в глаза собеседнику» на самом деле есть признак аутизма?

Аморфность, расплывчатость и неубедительность признаков аутизма у людей компетентных порождает сомнения в существовании самой проблемы по имени «аутизм», а у немалого числа доверчивых профанов способно породить иллюзию узнавания признаков «аутизма» в их собственном поведении или в поведении их родных и близких. И чтобы повысить градус оптимизма и смягчить психическую травму, причиняемую легкомыслием авторитетного внушения «заболевания», которое вроде и не такое уж «заболевание», но в лечении все же нуждается, И.Шпицберг радует нас утверждением, что «аутисты» способны даже «приносить профессиональную пользу 
обществу». А значит, не все так плохо!

Оказывается «аутисты» могут быть даже востребованы обществом, как например «люди с синдромом Аспергера», обладающие «высоким интеллектом и развитой речью», помогающими им «легче встраиваться в жизнь общества». Из них даже «получаются прекрасные ученые, программисты» вроде Билла Гейтса или А. Эйнштейна. Они могут быть «невероятно наблюдательными», иметь «отличную память», питать особую склонность к наведению порядка, когда каждая вещь находится на положенном ей месте...

Выходит, всякий аутист несет в себе задатки, если не гения, то, как минимум, «просто» ученого исследователя? Но как тогда объяснить следующий текст: «Есть теория, что аутичный ребенок не видит причинно-следственных связей, не осознает, как в этом мире одно связано с другим, а поскольку он очень нуждается в том, чтобы понимать, как что происходит, он старается все запомнить. Он пытается искать логические связи во всем. Поэтому для людей с аутизмом невероятно важно, чтобы все стояло на своих местах, чтобы ничто никогда не менялось. Для них это гарантия безопасности. У многих из них потрясающая память, в том числе зрительная»?

Позвольте, позвольте! Но ведь это же нонсенс сперва утверждать, что аутист «не видит причинно-следственных связей, не осознает, как в этом мире одно связано с другим» и тут же провозглашать, что дефекты логики там компенсируются «потрясающей памятью». Это уже и вовсе бред какой-то. Ведь память — функция логического мышления. Запоминание — следствие вписывания некоторого факта в персональную Картину Мира, его связывание причинно-следственными узами с иными феноменами личного духовного мира. Если только мы не говорим о кратковременной памяти. Хотя и там она вся насквозь проникнута и повязана сенсорными ассоциациями.

Так кто же все-таки на самом деле «аутист» - сумасшедший с «кашей» в голове или невыявленный ученый гений? А ведь и анархия полоумия имеет свою особую внутреннюю систему! Это не разруха ума, как после гусарской пьянки в борделе. И не вселенский первозданный хаос. Это лишь своя особая упорядоченность, отличающаяся от нормы. Так где же описание — логики мышления т.н. «аутистов»? А может быть ее вовсе не существует? Но тогда существует ли «аутизм»?

А вот и ответ: «человек с аутизмом — это ... человек, с обычными желаниями, потребностями, но нуждающийся в понимании и правильной помощи». Вопрос: а какой человек не нуждается в понимании и помощи? И почему «аутистам» они нужны больше, чем Вам или мне?

«Еще считается, аутисты замкнутые и им никто не нужен». Но ведь у всех людей бывают периоды, когда они хотят ограничить социальные контакты и побыть наедине с самими собой. А что если именно в этот момент такой человек случайно попал в поле зрения «охотников за аутизмом» (стечение обстоятельств) и невольно схлопотал незаслуженное прозвище? Ведь сказано дальше: для аутистов «социальное взаимодействие важно так же, как для обычных людей. Неверно полагать, что они хотят, чтобы их не трогали, — они хотят, чтобы их не расстраивали, чтобы у них не было неприятных ощущений от контакта. Но потребность в контакте у них есть». Вот те раз! Да разве же одна аутисты «хотят, чтобы их не расстраивали, чтобы у них не было неприятных ощущений»? Или мы все — не аутисты — мазохисты в глубине души?

«Верно ли утверждать, что в обществе сложилось искаженное представление об аутизме?», - спрашивает И.Шпицберг. Риторический вопрос, провоцирующий, однако, следующий ответ: «искаженное представление об аутизме» сложилось не в целом нашем мега-обществе, а в профессиональном сообществе психологов и психиатров, которые с маниакальной настойчивостью выдумывают несуществующую проблему «аутизма» и, потерпев фиаско, присваивают сконструированному симулякру свойства инородных и иносущностных психических феноменов. Ведь за столь неопределенными и размытыми признаками аутизма можно заподозрить намек на то, что все мы, так или иначе, аутисты и потому нуждаемся не то в лечении, не то в коррекции.

Так и есть: «У меня складывается ощущение, что аутистов на самом деле гораздо больше, чем утверждает статистика: современные люди … вообще склонны отгораживаться от мира. Аутизм — это ... отражение нынешнего состояния человечества. Люди, задавленные избыточной информацией, «аутизируются», 
все больше уходят в себя, в некие стереотипные действия, которые их защищают... Например, в Японии ... люди, у которых нет психических заболеваний, нет диагностированного аутизма, в какой-то момент ... вдруг перестают выходить на улицу, выбирают самоизоляцию как форму существования и … оказываются на попечении у родителей. ... такого же порядка явление... когда люди находили нишу, в которой можно ограничить поток сенсорной информации и жить так, как им хочется. В обоих случаях включается механизм аутоподобного типа адаптации...».

Словом, куда не сунься на этой планете, наткнешься на «аутиста». Аутист на аутисте сидит и аутистом подгоняет.

А ведь молодцы апологеты «аутизма»! Какой блестящий маркетинговый ход сочинили! Исподволь, мягко и ненавязчиво убеждают нас в существовании надуманной проблемы... и тут же демонстрируют себя, как компетентных специалистов, единственно способных ее разрешить. Каков рекламный ход?! Да еще и с академическими последствиями, типа там диссертацийку про «аутизм» защитить, кафедру одноименную обосновать, отдельчик в НИИ, а то и целый институт?! «Институт Аутизма АН РФ» - солидно звучит! И чем непонятнее, тем научнее и солиднее.

На самом деле «аутизм» это симулякр — игра в новизну, щеголяние наукообразными терминами, создающее иллюзию развития научной мысли. А еще это комплименты собственной компетенции в актуальных проблемах педагогики и психологии.

Кто не знает феномена детской замкнутости, некоммуникабельности и негативного отношения к воспитательным потугам родителей и педагогов? Негативная реакция детишек на педагогические эксперименты взрослых (содержащие выраженную агрессию, как угрозу наказаниея за неуспех) в прежние времена проявлялась в более активных и агрессивных формах (…), поскольку провоцирующие ее вызовы дети начинали ощущать гораздо позже — уже в подростковом возрасте, когда становящаяся личность могла в ответ на хреновую педагогику и в лоб «зарядить», и «на ...й» послать. Поэтому тогда взрослые сетовали на «гиперактивность» своих наследников. Теперь же дети начинают обижаться на взрослых гораздо раньше, когда во всю еще действует стереотип абсолютной авторитетности и эталонности Взрослого, критическое восприятие которого инстинктивно допустимо исключительно в «деликатной» форме ухода в себя, в свой внутренний мир и ограничение до минимума сенсорных контактов с источниками психического травматизма.

Так чья же это болезнь — «аутизм»:
- детей, ненужных своим родителям;
- их родителей, то ли потерявших совесть, то ли никогда ее не имевших — биологических выродков и моральных уродов;
- горе-психологов и пройдох-психиатров, делающих бизнес на чужом горе и ради этого скрывающих подлинную суть феномена катастрофической нравственной и умственной деградации современного общества?

Никита Мирошниченко
Tags: #аутизм, #детская психология, #кризис семьи, #отцы и дети, #психическая природа аутизма, #русская педагогическая традиция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 1 comment